Хотелось мне иным
Хотелось мне иным, грядущим поколеньям
Твой образ передать в нетленной красоте,
Чтоб он прошёл века чарующим виденьем,
Светясь, как и в моей негаснущей мечте.
Но скоро понял я тщету моих дерзаний
И гордость буйную восставшего ума;
Теченье времени камней стирает грани…
Умрёт поэзия… Бессмертна ты сама!
Да! ты жила всегда… Аполлион-губитель
Склонял грозящий лик пред царственным лицом;
С тревогой выскал черты твои Пракситель
Из глыбы мрамора отточенным резцом…
Тоскою по тебе звенела песня барда
В горах Шотландии на утре древнихь лет…
Ты вдохновляла кисть маэстро Леонарда,
И для тебя слагал Петрарка свой сонет…
Пройдёт чреда веков. Изменятся народы.
Забудутся творцы угаснувших времён.
Но дивный образ твой, как светлый луч свободы,
Не будет в памяти живых похоронён.
У новых гениев ты будешь вновь родиться —
Всегда бессмертная — и в мире и в борьбе,
И будут пред тобой по прежнему молиться,
Как ныне я молюсь восторженно тебе!…
Казань. 1912.