Тамбурмажор великой армии
Тамбурмажор великой армии.
Смотрите, вот старый наш тамбурмажор —
Он голову, бедный, повесил.
А прежде как ярко горел его взор,
Как был он доволен и весел!
Как гордо вертел он своей булавой,
С улыбкой сверкая глазами;
Его заслуженный мундир золотой
Сиял, озарённый лучами.
Когда он в главе барабанов своих
Вступал в города и местечки,
У наших девиц и у женщин иных
Тревожно стучали сердечки.
Являлся — и всюду свободной рукой
Срывал победительно розы:
На ус его чорный струились порой
Немецкие женские слёзы.
А мы всё сносили в терпеньи немом,
Смиряясь пред вражьим напором;
Мужчины склонялись пред сильным царём,
А дамы — пред тамбурмажором.
Мы все терпеливо то иго несли,
Как дубы германской породы;
Но вдруг от начальства к нам вести пришли
К восстанью за дело свободы.
Тогда мы, уставив рога, как быки,
Отважно на бой полетели,
И галльские всюду сбивала штыки,
И Кернера песни мы пели.
Ужасные песни! Их звуки и хор
Грозой для тиранов звучали.
От них император и тамбурмажор
Со страхом домой убежали.
Того и другого постигнул конец,
Их грешных деяний достойный:
Там в руки британцев попал наконец
И сам император покойный.
На острове диком творили они
Над ним свои грубые шутки,
Пока не пресеклись их пленника дни!
В страданьях — от рака в желудке.
Отставлен был также и тамбурмажор —
Дни славы его улетели,
И чтоб прокормиться, он служит с тех пор
Привратником в нашей отели.
Он воду таскает, он колет дрова,
Метёт коридоры и сени;
Его вся седая от лет голова
Трясётся при каждой ступени.
Когда ко мне Фриц, мой приятель, зайдёт —
Он тотчас, с насмешливым видом,
Острить и трунить беспощадно начнёт
Над бедным, седым инвалидом.
«О, Фриц! тут не кстати слов острых поток
С подобною глупой забавой:
Для сына Германии низко, дружок,
Глумиться над падшею славой.
По мне тут приличней участье к судьбе.
Чем шутки над горем случайным:
Кто знает, быть может, отец он тебе
Доводится случаем тайным.
(перевод Ф. Б. Миллера)