Через Пиренеи
Свободно отделясь от почвы уплотнённой,
Он белой птицею поднялся в высоту —
И в дальний, чуждый край понёсся непреклонный.
Лелья гордую, заветную мечту…
Развёрнутым ковром под ним луга пестрели.
В долинах средь холмов змеились ленты рек.
Пирамидальные тянулись к небу ели.
Взирая на его воздушный вольный бег.
Порой гналась за ним клокочущая стая
Крылатых хищников, тревогою полна.
Прозрачный светлый путь от взоров ограждая,
Белела облаковь густая пелена.
Но смело мчался он через клубы тумана,
Как радостный болид среди вечерней мглы.
И тщетно рвали ткань его аэроплана
Когтями острыми ревнивые орлы…
Громада древних гор, как сложенные крылья
Небесной странницы — блуждающей Земли,
Уснувшей в тишине дремотного бессилья,
Вставала перед ним в синеющей дали…
И, высоко взлетев в лазурные просторы —
Нетронутых пространств минутный властелин —
Он под собой, внизу, увидел эти горы
С чалмами снежными их девственных вершин…
… Перелетел. И плавно опускаясь
В чужой ему стране — желанный и родной,
Онь прозревал те дни, когда, границ чуждаясь,
Народы будут жить великою семьёй;
Когда жестоких войн кроваво-красный гений,
Как злой, кошмарный сон, исчезнет навсегда,
И встанет человек для новых достижений
Под стягом вольного и мирного труда.
Бийск, 1911.