К свету далёкому
День устал. Опускается сумрак лиловый,
На закате пожар облаков одолев…
Я тебя убаюкаю песнею новой,
Ты уснёшь под её незнакомый напев.
Будут ветки акаций старинного сада
Над открытым окном наклонясь шелестеть,
Будет вкрадчиво в комнату литься прохлада
Через их ароматную тёмную сеть…
Я тебя убаюкаю новою песней,
Увлеку твою душу в иные края,
Где мечты расцветают полней и чудесней,
Где окажется правдою сказка моя.
Там — горя, трепеща в неизведанном свете —
Ты почувствуешь в муке любви огневой,
Что мы оба на этой Зелёной Планете —
Только призраки, тени Души Мировой.
Отраженья великой неведомой Воли —
Мы её воплощаем, живя и борясь,
Но в короткой, слепой человеческой доле
Открывается с Вечностью тайная связь.
Ты узнаешь, что мы непрерывно вступаем
Жизнь за жизнью в безмерный поток Бытия
И Вселенную глубже, ясней постигаем,
Создавая своё неповторное Я…
И, закончив разбитую цепь мирозданий
На последнем для нас постижимом звене,
Мы с Великой Душою для новых исканий
Воедино сольёмся, прозревши вполне…
. . . . . . . . . . . . . . . . .
Спи под звуки моей неожиданной песни,
В их мелодии грёзы свои окрыли
И в лучистом стремлении ярко воскресни,
Отойдя от томительных буден Земли…
Что-то шепчут деревья в качаньи пугливом.
Не страшись угнетающих чар темноты;
Ранним утром — охвачена светлым порывом —
Ты проснёшься в сияньи лазурной мечты…
Томск. 1911.