Случайный стих

в конверте, адресованном «Его благородию Владимиру Ильичу
Ульянову (Ленину)», прислал на бумаге, украшенной княжеским
гербом, письмо такого содержания:

«Владимир Ильич,

Прочитав «декрет об уничтожении сословий» и т. д ., я открыл
Гёте и вот что прочел:

Im Nebelgeriesel, im tiefen Schnee,
Im wilden Wald, in Winternacht,
Ich hörte der Wölfe Hungergeheul,
Ich hörte der Eulen Geschrei:
Wille wom wom wom!
Wille wo wo wo!
и т. д.
Примите уверение в должных к Вам чувствах.
Светлейший князь Петр Петрович
Волконский».
Беру на себя смелость дать слабый перевод утешившей бывшее «си-
ятельство» строфы Гёте, продолжив ее соответственным образом:

В туманной мгле, в сугробах снежных,
Ночной порой, среди глухих лесов,
Я слышу вой волков голодных и мятежных,
Я слышу крики сов:
У, вы! У, вы!
У — вы!
В тревоге горестной, прислушиваясь к вою,
Светлейший князь поник светлейшей головою:
Ужели скатится корона с головы?
— Увы!
Светлейшей голове быть без короны княжьей,—
Нет силы у князей бороться с силой вражьей:
Кость черная дает всей кости голубой
Последний, страшный бой!
— Ой! — Ой! — Ой!
Волконский, кланяйся всем прадедам и дедам!
Конец приходит дармоедам.
Забудь свой княжеский покой,
Пошевели рукой,
Возьмись-ка за работу
До устали — до поту,
Отведай жизни трудовой,
А там уж вой:
— Ой! — Ой! — Ой!