Сон II
В безвестную даль, одинокий, бездомный
В пустыне сыпучими шел я песками.
Жгло солнце усталую грудь,
И труден был путь мой далекий и темный,
Весь острыми был он усеян камнями.
Я шел, я не смел отдохнуть.
Безоблачно небо… Конца нет дороге…
Все шел я… Вдали расстилался свинцовый.
Удушливый, знойный туман.
Мне острые камни изрезали ноги;
Кровь, след на песке оставляя багровый,
По капле сочилась из ран.
От боли в глазах все порою мутилось…
Я падал… Отчаянья слезы кипели
В моей наболевшей груди:
Умру, не дойду до неведомой цели.
Но сердце отвагой и мужеством билось —
Иди, мне твердило, — иди.
И властною жаждою — жить окрыленный,
Шел дальше я морем пустыни безбрежной,
Вновь падал, и снова вставал…
И снова в порыве тоски безнадежной
Бессильный лежал на земле раскаленной,
Как труп, — неподвижно лежал.
И видел, как в небе высоко-высоко,
Могучими гордо блистая крылами,
Парил надо мною орел.
Свободный, как я, и как я, одинокий —
Иди! мне кричал он, — там жизнь за песками.
И медленно дальше я шел…