А. Рославлев
Сатирический поэт взбирается на Парнас с контрабасом. Панибратство с Фебом и карточная игра с Музой снижают мифологическую торжественность.
Здесь собраны стихи, написанные в XX веке. Читайте полные тексты лирики, поэм и новаторских произведений, сравнивайте авторов и переходите к их страницам.
Смотреть поэтов группы →Сатирический поэт взбирается на Парнас с контрабасом. Панибратство с Фебом и карточная игра с Музой снижают мифологическую торжественность.
Предрассветный город становится местом ожидания нового дня и будущего действия. Мирная повседневность осмыслена как короткая остановка перед боем ради более широкого и …
Путешествие по Кавказу соединяет горную опасность, числовые размышления и память о Волге и России. Камень с древней раковиной становится подобием святыни, вокруг …
Встреча Венеры и Анхиза показана как взаимное чувственное упоение. Сонет сосредоточен на телесной красоте, поцелуях и растворяющем человека присутствии богини.
Ясная ночь над заливами объединяет планеты, созвездия и близкие земные звуки. Наполненный этим светом человек ощущает себя чашей, возносимой к высшим солнцам.
Двое самоуверенных наблюдателей считают глупцом третьего человека. Ирония раскрывает, что именно осуждаемый умён, а судьи неспособны это понять.
Напыщенная и неискренняя речь известного мистика вызывает у слушателя простое определение глупости. Короткий диалог снимает престижную маску туманного красноречия.
Образованный осёл не перестаёт говорить глупости, но теперь подкрепляет их именем Канта. Сатира отделяет накопленную учёность от действительного ума.
Зритель скрывает непонимание картины за рассуждениями о символизме и стилизации. Эпиграмма высмеивает пустую художественную критику.
Дурак жалуется умному человеку на множество окружающих глупцов. Молчаливый ответ обнаруживает разницу между узкой оценкой жалобщика и гораздо более тяжёлым положением его …
Даже мудрец становится глупее, вступив в спор с дураком. Краткая эпиграмма предупреждает о бесплодности такого состязания.
Способность дурака распознать собственную глупость представлена чудом, превосходящим все сказочные невозможности. Эпиграмма высмеивает отсутствие самопознания.
Знакомый смолистый воздух, сосны и тихая прибрежная вода возвращают герою ясное счастье. Северный покой воспринимается как редкий земной рай, в котором душа …
Поэма соединяет гибель юношей, морские сражения, пророческие числа и бунт против власти войны. Гротескные видения смерти перемежаются образами свободы, поэтической силы и …
Одинаковость городской жизни вызывает мечту бежать в лес и стать свободным от культурных условностей. Ирония обнаруживает зависимость беглеца от удобства и готовность …
Пышное восхваление Вячеслава Иванова оборачивается насмешкой над его позой, кругом почитателей и тяжеловесной поэзией. Архаическая одическая речь сама становится инструментом литературной пародии.
Драматический сонет передаёт голос герцога, одержимого женой своего сюзерена. Ради роли её спасителя он готов уничтожить замок и гостей, пряча признание за …
Голос зовёт за собой знамёна поцелуя и представляет собственную гибель. Смерть становится царицей-женой, которая склоняется к павшему и уходит вместе с ним …
Современный промышленный город изображён вампиром, пожирающим человеческую жизнь и культуру. Машины, бедность, детский труд и продажная любовь складываются в обвинение цивилизации, ожидающей …
Дачный вечер показан через гротескные детали отдыхающих, сырости и граммофонного пения. Под внешним успокоением сохраняется картина телесной пошлости.
Панорама с Демерджи соединяет страх высоты с восхищением мощью скал и парящих орлов. Кажущийся покой далёкого моря нарушается зрительным открытием грозного, но …
Душная дневная жизнь выглядит сладострастным и демоническим пленом. Внешне ясный город превращается в тюрьму, не сознающую собственной духовной опасности.
Именины Ольги вызывают воспоминания о родных дорогах, музыке и усадебном празднике. Герой пытается удержать невозвратимую юность, воплощённую в белом платье, спускающемся в …
Выбор александрийского стиха объясняется его родством с регулярным устройством Летнего сада. Парные рифмы, цезура, ряды деревьев и старые статуи соединяются в образ …
Ливень преображает земной мир в затонувшую Атлантиду. Дождевые столбы, птицы и дыхание наблюдателя соединяют подводное ощущение земли с далёкой планетной флотилией.
Майский ливень проходит над полями, садами и тракторной бригадой как грозная, щедрая сила. После его внезапного окончания обновлённая земля раскрывается в солнечном …
Развалины дома становятся поводом размышлять о человеческой жизни внутри времени. Исторические разрушения и частная помощь старухе соединяются в признании неизбежной перемены.
Дорога среди разбитой техники и тел врага показывает перелом военного движения. Пехота, танки, авиация и выходящие из лесов партизаны продолжают путь наступления …
Современный морской дозор продолжает пути прежних исследователей и моряков. Память об их трудах и гибели соединяет поколения в общем наследовании океанского пространства.
Поздняя осень обрамляет несостоявшееся любовное объяснение. Среди тумана, опавших деревьев и приготовлений к зиме герой сохраняет чувство, откладывая слова до весны.