О природе

Проносящиеся. Триолеты

Семь вагонных триолетов передают сменяющиеся картины дороги. Восторг перед миром соседствует с желанием отгородиться книгой, а наблюдение постепенно превращается в размышление о …

Пурпуреа на закате расцвела

На закате возникает недолгий багряный свет, названный пурпуреей. Его горний отблеск приносит радость хотя бы на единственный час.

Радость дорог. Триолеты

Восемь дорожных триолетов проводят героя через поля, реку, болота и лес. Одиночество, телесная свобода и стихотворная речь соединяются с поиском иной радости …

Ржавый дым мешает видеть

Ржавый дым заслоняет заснеженное поле, лес и небо. За этой преградой становится невозможно различить радость и гибель, счастье и гнев.

Рудо-жёлтый и багряный

Клён под окном празднует осень красными и жёлтыми красками. Ветер и солнечный свет придают его утомлённой листве буйное оживление.

Ручей

Путь ручья проходит от горных льдов через деревни и поля к спокойной реке. Его жизнь связывает природную чистоту, человеческий труд и первый …

Сайма

Плавание по Сайме раскрывает извилистые берега, гранитные острова и белые виллы. Ласковая поверхность озера хранит возможность бурного движения к камням Вуоксы.

Сердце дрогнуло от радости

Возвращение на дождливый север вызывает внезапную радость. Скромная природа преображает уныние в сладость и будит тихие мечты.

Сила песни звонкой сотрясает тело птички

Птичья песня захватывает всё маленькое тело и становится простым выражением страсти. Перекличка соединяет живой звук с воплощённой мечтой.

Спозаранку две служанки

Две служанки ранним утром собирают цветы и плетут венки. Четыре принесённые банки превращают картинку в простую, чуть шутливую бытовую сцену.

Тебе мы поклоняемся, Нил!

Гимн Нилу прославляет воду, дающую посевы, хлеб и жизнь земле. Река почитается как явление египетских божеств и источник священного плодородия.

Томилось небо так светло

Вечернее небо медленно темнеет, и в нём загорается тёплая звезда. Повторы удерживают мягкое движение света и нежное томление природы.

Тонкий край свой месяц долу кажет

Месяц склоняется к востоку, пока заря вплетает розы в небесный полог. Красота утренней перемены несёт напоминание о суровом сроке.

Тропический лес

Тропический лес представлен как пробуждающееся тело со сверкающими зубами и копьями листвы. Природные и человеческие формы перетекают друг в друга под звук …

Ты сжёг мою умильную красу

Опалённый пылающим богом голос обещает обрести новую багряную красоту. Утрата прежнего облика становится началом нового цветения.

Увидеть города и веси

Путешествие радует героя разнообразием городов, полей, лесов и живых существ. Простые различия мира складываются в восторженное признание его богатства.

У круглого камня

Прибрежные гранитные камни оживляют шутливое видение финских богов, играющих в футбол. Современные спортивные слова превращают древний миф в добродушную фантазию о происхождении …

Уличное

Устало солнце, жегшее спокойно

Герой наблюдает, как июльская полнота переходит в осеннюю сырость и зимний мороз. Память о невозвратной женщине не поглощает его: в солнечном снегу …

Финляндия

Звукопись о Финляндии: хвои «шуят», озеро и лес переплетаются, голос зовёт Анну, Марию, Лизу. Повторы «Это-ли? Нет-ли?» и заумные слоги создают впечатление …

Холодная весна

Цвети, безумная агава

Обращение к агаве превращает её цветение в праздник собственной гибели. Пышный венец и сладость оказываются одновременно красотой и отравой.

Цветов и неживых вещей

Дом, огород и маленький пруд показаны через простые запахи и краски. Взволнованный рассказ мальчика о карасях добавляет этой картине детскую тайну.

Цветы. Триолеты

Цветочные триолеты соединяют наблюдение за садом с любовью, словесной игрой и тайными знаками. Букеты, венки и цветение выражают то близость, то защиту, …

Чары

Что может быть лучше дороги лесной

Лесная дорога радует героя прохладой и укрывающей полуденной мглой. В каждом стволе ему чудится дух, оживляющий спасительное пространство леса.

Я к нагорьям держу свой путь

На закатном холме земля превращается для героя в тёмный храм с огненными крыльями. Чувственные прикосновения и дыхание степи соединяются с образом венчания …

Японские танки и хай-кай (Брюсов)/О, дремотный пруд!

Трёхстрочная миниатюра передаёт переход от дремотного покоя пруда к внезапному всплеску. Прыжок лягушек делает мгновенное движение и звук главным событием.

Японские танки и хай-кай (Брюсов)/Устремил я взгляд

Соловьиный голос заставляет героя взглянуть на вечерний сад. Среди тёмных ветвей луна кажется мертвенно бледной, меняя настроение пейзажа.

Буря с берега

Морская буря превращается в пляску угрей и змей, увлекающих корабли в пучину. Повторы длинных слов передают движение волн и их губительную притягательность.