Запой
Кто пьёт запоем, тому трудно его окончить: запой маг, жизнь скучна и бесцветна, а грёза пурпурна, как мак. Пусть сон безумен, он …
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Кто пьёт запоем, тому трудно его окончить: запой маг, жизнь скучна и бесцветна, а грёза пурпурна, как мак. Пусть сон безумен, он …
Домашнее восхищение оперным певцом прерывается известием о его гибели. Лёгкая светская беседа сталкивается с непоправимой случайностью.
Звёзды, цветы и ручей соединены с ангельскими грёзами и слезами, а также с поэтической мечтой и стихом.
Герой разрубил докучный узел, и связь оборвалась, он сузил счастье и поднял ураганом грязь. Он просит не измерять его позорный шаг и …
В сумерки в конце зимы двое смотрят на месяц, но душа её подёрнулась ледком, и она ушла. Герой мурлычет «тра-ля-ля», остались месяц, …
Стихи представлены всходами давних мечтаний, которые поэт пронёс сквозь годы и испытания. Радость жатвы соединяет работу памяти, ожидание и повторение всех созревших …
Зеленобархатная степь, морская даль и весенние травы успокаивают душу. Закат отделяет героя от прошлого, и прежняя тоска кажется почти забытой.
Подаренное зеркало хранит призрак лица любимого и возвращает его героине в часы тоски. Ей сладко видеть их вместе в отражении и знать, …
Героиня описана как кроткая ленивая мещанка из деревушки, скучная, как шарманка. Но герой любил ездить к ней за город в уютном купэ …
Сбываются лазоревые грёзы и майские сны, весна дарит упоенье, а даль напоминает палитру Бунина. Герой спрашивает, в чём счастье, и решает, что …
Герой признаёт, что горечь уже невозможно превозмочь. Ночь приходит к нему тёмным путником и поит мёртвой водой, усиливая ощущение внутреннего оцепенения.
Говорящий разрешает возлюбленной изменять ему и менять тела, как перчатки: страсть сожжёт её сердце дотла. Он просит в минуты просветления быть с …
Комический монолог превращает мучительную работу пера в стремительное движение ресторанных, литературных и городских ассоциаций. Необычная графика и акростих связывают эту звуковую игру …
Встреча с уличной женщиной вызывает сострадание и обвинение общества. Безразличная реплика прохожего подчёркивает привычность жестокости.
Редкое появление брюнетки превращает тихое уединение в бурную игру. Морские образы передают восторг перед чувственным потрясением.
Таинственное свидание колеблется между воспоминанием и фантазией. Лунный пруд и чувственные образы выражают ненасытное желание загадочного.
Триолет о паяце за струнной изгородью лиры: его палаццо из палацц, он смешит пигмеев мира, но рыдает царственный паяц. Форма триолета с …
Тяжесть искусства противопоставлена наслаждению мгновенными впечатлениями. Киноэкран возвращает знакомую красоту даже среди усталости чужого города.
В исповедальне героиня слушает священника, но думает о собственных грехах и мечтах. Ад теряет для нее притягательность, тогда как сознание первородного греха …
Героиня ищет защиты у Богоматери после шумных улиц и соблазнов Севильи. Она кладет к святому подножию кинжал, веер и драгоценности и просит …
Северный пейзаж объединяет бесплодную равнину, чёрного ворона и холодные воды. Мифические наяды и мёртвая сосна превращают его в отражение медленно угасающей жизни.
Ресторанный портрет Рукавишникова преувеличивает позу мировой скорби. Рассказчик противопоставляет ей собственную способность страдать, сохраняя обычную жизнь.
Портрет возлюбленной: в устах малина, в глазах васильки, как кошечка, хрупкая, но величественная, как Балькис.
После отказа любимой герой теряет интерес к цветам и розам. Повтор её холодных слов превращается в его собственный ответ миру.
Герой вспоминает прощание: клятвы в верности, пение соловьёв, гитару и порванную струну. Тоска заполонила; он просит вспоминать его, когда из лога встанет …
В чужом голосе, взгляде и волосах герой узнаёт собственные черты. Двое связаны общей любовью и дружбой, словно отражения, хранящие ещё не осуществившуюся …
Ласковое обращение к Катюлиньке соединяет её образ с голубем и платком. Осенняя сцена переходит в тоску по любимой и исчезнувшей молодости.
Море приносит дыхание дальних островов и встречается с тяжестью мертвенной земли. Герой просит омыть его душу солёной пеной, сохранив её переменчивость и …
Боль и тоска ещё оставляют душевную свободу. Бесчувственная опустошённость представлена худшей утратой.