Смотрю и слушаю вокруг
Вечерний овраг наполнен птицами, насекомыми, деревьями и облаками, а весенний образ возлюбленной смешивается с явью и сном. Природная сцена охватывает большую часть …
Формат
Здесь собраны короткие стихотворения русских классиков - законченные произведения, которые удобно прочитать за несколько минут. Лаконичные тексты сохраняют характерные образы, интонацию и мысль автора без сокращений.
Произведения
21556 произведений
Стихи по теме «Короткие стихи»
Снег (К. Р.)
Падающий снег укрывает землю чистой белой пеленой. Зимнее безмолвие изображено отдыхом природы перед будущим весенним возрождением.
Солнце
Утратив внутреннее солнечное зрение, герой вместе с землёй обращается к далёкому свету. Ответом становится намерение зажечь в душе новое око и повести …
Сонет (В томящих сумерках увидел этот свет)
Образ сумерек соединяет начало жизни, непонятое страдание и ожидание конца. Лирический герой видит собственную судьбу как непрерывное существование без ясного дня.
Стансы (О, замолчи, воспоминанье)
Герой просит память не возвращать былое, потому что печальны и дни страданий, и дни любви. Усталый от жизни, он гасит день в …
Стансы (Счастье жизни — в искрах алых)
Счастье жизни - в алых искрах, мимолётных просветлениях и ярких бесплотных грёзах. Горе - в вечности пороков, в споре с ними, в …
Старинным золотом и жёлчью напитал
Вечерний свет превращает травы и прибрежные скалы в подобие огромного звериного тела. За тесным каменным пространством открывается тяжело дышащий океан.
Стигматы
Страдание превращает внутренний мир в храм с пилястрами, свечами и алтарём. Образы терний и ран на ладонях связывают личное переживание с сакральным …
Страдать…
Страдать вчера, сегодня, завтра и всегда ужасно, страдать значит жить. Герой решает: если жить нельзя, зачем существовать? Нет, во имя светлого восхода …
Стрижи
Костёл-маяк на скалистых горах зимой звонит в туман и непогоду, а сейчас штиль, закат чист и тих. Только стрижи, когда гранит вершины …
Тайны леса
Тихое наблюдение за лесом превращается для ребёнка в игру воображения. Пень, грибы и шумящие вершины открывают сказочный мир, который словно скрывается от …
Тезей
Победитель Тезей спит, пока чёрные паруса несут весть, понятную одному Эгею. Радостная беспечность противопоставлена скрытой трагедии.
Тёмны лики весны. Замутились влагой долины
Ранняя весна раскрыта через влажные долины, сухие тополя и снежную прозрачность гор. Дождливый ветер и глухой шум моря придают пейзажу древнюю, суровую …
Тени на стене
Шествие сказочных теней переходит в игривое обращение к рыцарю. Подаренные другом розы сталкивают мир желанной встречи с замкнутой условностью самой сказки.
Триолет (Мне что-то холодно… А в комнате тепло)
Внешнее комнатное тепло не устраняет внутреннего холода и ожидания развязки. Сновидная очарованность отравлена скорбью и едкой лаской.
Тропами тайными, ночными
Призраки замученных обрушиваются на сытый и самодовольный мир. Призыв освободиться от гниющих гробов превращает видение в обличительное требование обновления.
Трубите в траурные трубы
Короткое траурное обращение фиксирует окончательность смерти. Закрытые зеркала, креп и трубы усиливают грубое звучание последнего сообщения об утрате.
Трясина
Болото тихой северной страны в осенних сумерках таинственнее погоста: там цветут цветы, и мы не поймём их роста из заповедных недр. В …
Ты отошла, и я в пустыне
Герой в пустыне после ухода возлюбленной понял её высоту: она родная Галилея ему, невоскресшему Христу. Пусть другой ласкает её, Сыну Человеческому негде …
У К. М. Фофанова
Встреча с Фофановым возвращает молодому слушателю веру в поэтический идеал. Ароматы весны, возникающие из стихов зимой, сменяются тихой ночной грустью.
Утро (Молчи, склони свое лицо)
Обращение к женщине превращает рассвет в продолжение ночного страха. Застывшие лица и гроб создают образ мёртвой близости, которую не оживляют слова.
Храм солнца
Баальбекская колоннада противопоставлена мёртвой торжественности египетских памятников. Живые долины, вода и снежный Ливан делают руину входом в солнечный мир радости.
Цветку Ивановой ночи
Недостижимому чудесному цветку противопоставлен прощальный костёр героя. Ожидание, утрата дорогого и тонкий аромат ночи создают образ болезненного расставания.
Цу-Сима
Морская катастрофа Цусимы раскрывается через растерянные волны, обломки и кровь гибнущих людей. Зрелище мучения соединяется с образом направленного против угнетающей силы удара …
Чалма на мудром — как луна
Спокойствие мудреца уподоблено холодной луне над жарким городом. Человеческие дни и тревоги становятся незначительны перед её отстранённым светом.
Что видели птицы
Три птицы видят тела погибших в море, на равнине и у храма. Повторяющиеся картины смерти обличают насилие, прикрытое словами о доблести.
Чужбина-Родина
Отдых на чужбине не освобождает героя от мучительной привязанности к родной земле. Берёзы, дождь и поля воплощают одновременно отверженную и святую родину.
Эпитафия
Плач по умершему юному возлюбленному возвращает подробности его красоты и изящества. Сравнение с Аполлоном у гроба Гиацинта передаёт чувство невосполнимой утраты.
Я в дольний мир вошла, как в ложу
Женский голос превращает явление в земном театре в демонстрацию неотразимой власти. Телесная красота, звёздность и снежное сияние соединены с призывом к любви …
Я ведал
Повтор «Я ведал» обрамляет ряд необычных имён природных и сказочных сил. Словесная цепь связывает неистощимость огня, воды, поля и девичьего начала с …