Поэт, художник и критик Серебряного века; автор крымской и гражданской лирики, создатель Дома поэта в Коктебеле.
Биография
Перейти к стихамМаксимилиан Александрович Волошин (1877-1932) - русский поэт, художник, переводчик и литературный критик. Его имя связано с Коктебелем, чьи горы, море и древняя история стали важнейшими образами его поэзии. Волошин писал о природе и культуре, но также о войне, революции и исторической судьбе России. В его стихах пейзаж нередко становится способом осмыслить жизнь общества.
Волошин родился в Киеве в семье юриста. Детство прошло в разных городах, а в 1893 году он вместе с матерью переехал в Крым, жил в Коктебеле и Феодосии. Здесь началась его прочная связь с крымским берегом. Стихи Волошин писал с юности, первое из них напечатали в 1895 году. Он учился в Феодосийской гимназии, затем в 1897 году поступил на юридический факультет Московского университета и начал публиковать заметки о литературе и искусстве.
В 1899 году Волошина исключили из университета за участие в студенческих волнениях и выслали из Москвы. Через год после этого он отправился в Среднюю Азию с железнодорожной экспедицией. Пустынные пространства и образы исчезнувших культур вошли в его стихи и стали частью его размышлений о смене цивилизаций. В 1901 году Волошин приехал в Париж, путешествовал по Европе и изучал французскую литературу и искусство. Он сотрудничал с журналами «Весы» и «Русь», писал обзоры художественной жизни и постепенно стал заметным критиком.
Волошин принадлежал к поколению младших символистов, но выработал собственный сдержанный способ письма. Его поэзия строится на зрительном образе, точной форме и внимании к произведениям разных культур. Поэт обращался к античности, христианским сюжетам, европейской живописи и архитектуре, а также к истории Крыма. В 1910 году вышел его первый крупный сборник «Стихотворения. 1900-1910». Наряду со стихами он продолжал писать критические статьи о художниках и искусстве; часть этих работ вошла в книгу «Лики творчества».
В 1903 году Волошин познакомился с художницей Маргаритой Сабашниковой, которая стала его женой в 1906 году. Он часто возвращался из поездок в Коктебель, а весной 1916 года поселился там постоянно. Его дом стал местом встреч поэтов, художников и учёных разных поколений. Коктебельское окружение было для Волошина не только бытовой средой, но и пространством творческого обмена: здесь читали новые стихи, обсуждали искусство и спорили о судьбе страны.
Стихи о крымском берегу связаны с тем, что Волошин называл Киммерией. Он всматривался в очертания гор, море и степные пространства, соединяя реальные места с античными преданиями и собственной памятью. Эта лирика развивалась рядом с его интересом к мировой культуре: отдельные стихотворения посвящены памятникам, городам, картинам и религиозным образам. Волошин был также акварелистом, и внимательность художника к цвету и силуэту заметна в устройстве его поэтического пейзажа.
Первая мировая война и революции изменили тон его поэзии. В 1916 году вышла книга военных стихов «Anno mundi ardentis 1915», а позднее появились произведения о революции и Гражданской войне, включая книги «Иверни» и «Неопалимая Купина», а также поэма «Россия». Волошин не примкнул к одной из враждующих сторон и во время Гражданской войны укрывал в своём доме людей, которым грозила расправа. Этот опыт стал частью его стихов о насилии, страхе и разрушении общего дома.
В 1918 году он изложил свои общественные взгляды в статье «Вся власть Патриарху», связывая надежду на объединение страны с нравственной ответственностью. Его позиция не была ни молчанием, ни отказом от оценки событий: Волошин считал необходимым говорить о цене насилия и о том, как удержать человеческое достоинство в условиях распада. В поэме «Россия» и стихах о Гражданской войне современность раскрывается через образы прежних исторических потрясений.
В поздние годы Волошин в основном жил в Коктебеле, занимался пейзажной живописью и продолжал литературную работу. Он умер там в 1932 году и был похоронен на холме Кучук-Енишар. Его наследие объединяет поэзию, критику, переводы и живопись. Волошин запомнился и как автор, для которого крымский пейзаж стал образом долгой исторической памяти, и как хозяин дома, открытого людям с разными взглядами.
Стихи Максимилиана Волошина
В библиотеке Лиры собрано 301 стихотворение Максимилиана Волошина - известные и редкие произведения на разные темы.
Гностический гимн Деве Марии
Гимн Марии соединяет христианские, индийские и античные образы мировой матери. Звуковые сближения имён, морская стихия и тайна воплощения выражают единство рождения, жертвы …
Гроза
Над степью и прибрежными водами нарастает гроза. Древнерусские образы Дива, Стрибога и Обида превращают природную бурю в тревожную весть над старинной землёй.
Грот нимф
Мифический грот нимф становится образом вхождения в земное существование через любовь и горе. Вода, пчёлы, амфора и ткань соединяют природные детали с …
Диана де Пуатье
Образ Дианы де Пуатье соединяет придворную власть, миф об охотнице и скульптурное воплощение. Её холодной красоте противопоставлен влюблённый принц, узнаваемый в фигуре …
Здесь был священный лес
Опустевший киммерийский берег хранит не видимые руины, а память о древних богах. Морской шум и звёздная ночь пробуждают в герое тревожный отклик …
Как Млечный Путь, любовь твоя
Любовь уподоблена Млечному Пути, где звёздная влага соединяет свет и мучение. Холод наступающего дня гасит ночной трепет и оставляет ощущение болезненной связи …
К древним тайнам мёртвой Атлантиды
Мечта тянется к древним тайнам, будто скрытым в белом листе. Сознание и дневной свет оказываются преградой для внутреннего зрения и недоступного откровения.
Кровь
В собственной крови герой ощущает древнего двойника и пленённого пращура. Родовая память предстаёт тёмной силой, вызывающей тревожные сны, запретные влечения и жажду …
Лиловые лучи
Лиловые лучи и сияющие розы наполняют древний храм мистическим светом. Герой переживает цвет как силу, которая пронзает сердце и вовлекает его в …
Над горестной землёй
Солнце проходит над пустынной землёй как властный и скорбный сын Хаоса. Его закат открывает в сумерках скрытые знаки дорог, гор и звёзд.
Над зыбкой рябью вод встаёт из глубины
Морское плавание у древних скалистых берегов превращается в торжественный сон о неведомой стране. Волны, ветер и звёзды ведут ладью по пути дерзания …
Ночь
Над раскалённым вечером города поднимаются дуги старого собора. Его каменные массы кажутся крыльями, без усилия уносящимися в светлое пространство ночи.
Одиссей в Киммерии
Одиссей и спутники плывут через темнеющий океан к ночной Киммерии. За туманными горами их ждут божницы Персефоны и встреча с тоскующими тенями.
Осенью
Осенний ветер проходит через деревья, поля и морские воды, поднимая пыль и рвя снасти. Короткие строки, быстрые рифмы и звуковые переклички превращают …
Погребенье
Погребальный обряд открывает герою возможность истлеть, как семя, и расцвести в каменном соборе. Смерть становится добровольным возвращением тела и солнечной крови страдающей …
Полдень (Травою жёсткою, пахучей и седой)
Сухая долина, размытые породы, душные травы и хищные птицы образуют тяжёлый полуденный пейзаж Карадага. Его зной и крик рождают видение огромного растоптанного …
Полынь
Прибрежные скалы и полынная пустыня становятся немой праматерью, чьи глаза и голос берёт на себя герой. Его собственная скованность сливается с немотой …
Равнина вод колышется широко
Море, тучи и бледный солнечный круг изображены в драгоценных, почти тканых переливах. Созерцание заканчивается призывом поднять руки к истоку дня и стать …
Сатурн
За видимыми созвездиями открывается иное небо времени и память о вселенной Сатурна. Звук, числа и воля представляют первичную жизнь, продолжающую глухо звучать …
Священных стран
Закатные волны, дым и паруса складываются в драгоценный морской сон. Разбитые короткие строки передают мерцание огня, камней и крылатых кораблей.
Сердце мира, солнце Алкиана
Ночное небо над океаном раскрывается как сияющее и звучащее устройство мира. Созвездия, числа и библейские сравнения соединяют созерцание с ощущением причастия звёздному …
Смерть
Дух поднимается по сияющим ступеням среди святых теней и звёздных миров. Смерть появляется над вселенной как ангел и огненный факел жизни, разрывающий …
Солнце
Утратив внутреннее солнечное зрение, герой вместе с землёй обращается к далёкому свету. Ответом становится намерение зажечь в душе новое око и повести …
Старинным золотом и жёлчью напитал
Вечерний свет превращает травы и прибрежные скалы в подобие огромного звериного тела. За тесным каменным пространством открывается тяжело дышащий океан.
Стигматы
Страдание превращает внутренний мир в храм с пилястрами, свечами и алтарём. Образы терний и ран на ладонях связывают личное переживание с сакральным …
Тёмны лики весны. Замутились влагой долины
Ранняя весна раскрыта через влажные долины, сухие тополя и снежную прозрачность гор. Дождливый ветер и глухой шум моря придают пейзажу древнюю, суровую …
Я иду дорогой скорбной в мой безрадостный Коктебель
Возвращение в Коктебель окрашено скорбью и торжественной близостью к земле. Весенние горы, миндаль, соль волны и полынь складываются в образ родного края …
Возлюби просторы мгновенья
Призыв принять открытость мгновения обнаруживает тяжесть свободы и тоску по прежним узам. Путь через одиночество требует не удерживать уходящее и продолжать движение …
Закат гранатовый
Багряный закат окрашивает быстрые воды и неподвижные водоёмы. Серебристый ковыль становится венцом для души, отягощённой глухой истомой.
Полдень (Звонки стебли травы, и движенья зноя пахучи)
Полуденный зной превращает горы, тучи и долины в раскалённые горны. Горькие травы говорят от собственного имени, вынося из камня и могил мёртвые …