Джалаладдин Руми (1207-1273) - Персидский поэт и суфийский мыслитель.
Биография
Перейти к стихамДжалаладдин Руми - персидский поэт и мыслитель XIII века, основоположник духовной традиции, из которой вышел орден мевлеви. Его имя - Джалаладдин Мухаммад; прозвище Руми означает «римский» и указывает на Рум, то есть области Малой Азии, где он провёл большую часть жизни. В тюркоязычном мире его почтительно называют Мевляна. Родился он в 1207 году в Балхе или близ него, в Хорасане, хотя точное место рождения остаётся предметом обсуждения.
Отец поэта, Бахаэддин Валад, был известным проповедником и богословом. Около 1219-1220 годов семья покинула Балх, когда в регион приближались монгольские войска. Путь привёл их через Нишапур, Багдад, Мекку и Сирию в Анатолию, и около 1228 года они поселились в Конье, столице сельджукского государства. После смерти отца в 1231 году Руми занял его место наставника, преподавал религиозные науки и произносил проповеди. Сохранились свидетельства о его учёбе в Сирии и о влиянии суфийских учителей.
Перелом в жизни Руми принесла встреча в 1244 году со странствующим дервишем Шамсом Тебризи. Это было общение необычной интенсивности: Руми оставил привычные занятия и погрузился в беседы и музыку. Окружение ученика отнеслось к Шамсу враждебно, и около 1247 года тот исчез; позднейшая традиция говорит об убийстве, но достоверных сведений нет. Потеря друга пробудила в Руми поэта. Он стал сочинять стихи, обращённые к Шамсу, и в этих текстах трудно отделить земную любовь от мистического переживания.
Лирическое наследие составляет «Диван», который называют также «Диваном Шамса Тебризи». Туда входят тысячи газелей и четверостиший, порой исполнявшихся под музыку. Они построены на образах вина, света, огня, пути и разлуки. В русской традиции хорошо известны четверостишия в переводе Фёдора Корша; в них любовные образы часто двоятся и могут относиться и к человеческому возлюбленному, и к Богу.
Главным произведением Руми стала «Маснави» - поэма в шести книгах, насчитывающая около двадцати пяти тысяч двустиший. Её начали в конце 1250-х годов по просьбе ученика Хусамаддина Челеби. Книга составлена из притч, анекдотов, рассказов из жизни и размышлений, которые переходят друг в друга, как ветви одного дерева. Она открывается образом тростниковой флейты, тоскующей по своему корню. Руми использует простые бытовые сюжеты, чтобы говорить о душе, желании, самообмане и поиске истины. Сюжет о купце и попугае, о котором рассказывается в русском переводе Корша, показывает его манеру: история легко обращается в нравственный разговор о слове, свободе и молчании.
Помимо стихов, сохранились беседы «Фихи ма фихи», проповеди и письма. Они дополняют образ учёного, ставшего поэтом. Руми не создавал строгого богословского труда: его проза и стихи сохраняют дыхание живой речи, а учение передаётся через сюжеты и образы. Одной из основ его метода было обращение к музыке и танцу как к способу вспомнить о духовной цели.
Руми умер 17 декабря 1273 года в Конье. Его гробница сохранилась и превратилась в центр паломничества. Орден мевлеви был организован его сыном Султаном Валадом; известный ритуал сама, где дервиши кружатся под музыку, стал одним из символов этой традиции. Сочинения Руми читали по всему персидскому и тюркскому миру, их переписывали, комментировали и заучивали.
Современная известность поэта вышла далеко за границы мусульманских стран. Англоязычные переводы XX и XXI веков сделали его одним из самых читаемых поэтов Запада. Научные издания и осторожные переложения напоминают, что за популярными афоризмами стоит сложный религиозный и языковой контекст. Для русского читателя первые доступные переводы появились в конце XIX века, и до сих пор эти тексты помогают увидеть Руми не как автора цитат, а как поэта живой мысли.
Стихи Джалаладдина Руми
В библиотеке Лиры собрано 100 стихотворений Джалаладдина Руми - известные и редкие произведения на разные темы.
Как солнце твоего коснуться смело лика
Перед ликом Возлюбленного смущается даже ум
Клянусь я душой, где к ней лишь чувство живо
Клятва любовью: в одной руке бокал, в другой рука возлюбленной
Когда, безумием и страстью ослепленный
Ослеплённого страстью не пустят в общество счастья, как зачумлённого
Когда б изведало хоть призрак этой страсти
Шутливая оговорка: если бы возлюбленную делили на части, девять достались бы поэту
Когда огонь любви сверх сил меня затронет
Вино не помогает забыть: любимая входит и в бокал
Когда печален я, тогда лишь дух мой ясен
Печаль проясняет дух, а стон летит за облака
Когда становится преграда между нами
В разлуке слёзы и стоны, как таяние свечи и звук арфы
Когда судьба к тебе прислуживаться станет
Предупреждение: судьба вероломна и обнимет милую руками другого
Когда твоя душа прозрит хоть на мгновенье
Прозревшей душе весь мир вещей станет знаком
Лет несколько ходил ребенком я в ученье
Жизнь коротка: пришёл облаком и ветром улетел
Лишь вспомню о тебе — и сердце затрепещет
При одном воспоминании о возлюбленной сердце трепещет, а слёзы льются
Лобзать ее уста, которых знал ты сладость
Тот, кто знает сладость поцелуя, не откажется от неё
Любовь — вино. В ней мощь моей души и тела
Любовь названа вином и весной, которой нет дела до дел
Любовь должна быть тем, что нас бы услаждало
Любовь названа матерью и началом самого поэта
Любовь от вечности — была и вечна будет
Любовь вечна, а презрение к ней не останется без кары
Любовь приятнее, когда несет нам муки
Кто бежит от мук любви, тот не любит
Меня бранят, зачем я смех и шутки не покину
Поэт отвечает хулителям: враг плетёт паутину, а орёл взлетит под облака
Меняй хоть каждый миг жилище и соседа
Будь как вода: вчерашнее прошло, а сегодня новая беседа
Мне часто друг твердит: «Бежать ты должен с толком
Друг советует бежать с оглядкой: от волка спасайся в городе
Мое случайное общение с другою
Случайное общение с другой не значит, что сердце отдано ей
Наука о Тебе любви к Тебе не шире
Любовью, а не знанием спасаемся в обоих мирах
Не верь, что по тебе я больше не тоскую
Поэт уверяет, что разлука не остудила любовь, упоённую вином
Не видя вас нигде, глаза полны слезами
Тоска по ушедшему возлюбленному и вопрос о том, вернётся ли прошлое
Не в красоте рабынь, не в хмеле буйном — слава
Слава в личной доблести на поле боя, а не в красоте и хмеле
О, ветер утренний! Лети к той деве милой
Просьба к ветру передать возлюбленной весть о страданиях
Однажды мы с тобой на дальней луговине
Воспоминание о встрече на лугу и просьба помнить тот день
О, друг, меж нашими сердцами есть дорога
Дорога между сердцами чиста, как водный ток, где отражается луна
О, друг!“ — так милая влюбленному сказала
Влюблённый называет милой любой город, где она, и любую пустыню рядом с ней
Она — живой рубин, в котором все прелестно
Возлюбленная названа живым рубином, а имя её предпочтительно умолчать
О страсти у меня сужденья есть и речи
Влюблённый ждёт встречи, чтобы лично высказать то, что не изложат письма