Стихи Серебряного века

Как на куртине узкой маки

На закате сад полон маков, ароматных матиол и росной прохлады. Цветы и злаки словно разделяют желание ласки и вечернего отдыха.

Как некий юноша, в скитаньях без возврата

Как ни грозит нам рок суровый

Угрозе судьбы противопоставлены заново вспаханные поля и новые всходы. Возобновляющаяся жизнь сохраняет силу даже перед суровым предчувствием.

Какое горькое питьё!

Мир переживается как горький напиток, в котором обманчивы любовь и слава. Повторы возвращают героя к чувству тщетности собственного томления.

Как растёт тревога к ночи

Как свершилось, как случилось?

Как ты пленил меня небрежною отвагой

В восьми сохранённых строках рассказчик узнаёт на улице прежнего удальца, теперь состарившегося и обедневшего. Текст обрывается без завершённой строфы; полноту произведения нужно …

Каменные домики, в три окошка каждый

Тихие каменные домики представлены как жилища людей, уже лишённых жажды и огня. Их спокойное довольство оборачивается неподвижным пленом и золой прежних стремлений.

Катастрофа

К безвестным, дивным достиженьям

Юная устремлённость несёт героя к неизвестным достижениям и чужим планетам. Страсть и сверкание обещают воспламенить саму его судьбу.

Квартет

Клинопись

Когда почти благоговейно

Счастливая молодая пара вызывает у героя мучительное отчуждение от простой любви. Близость с адресатом основана на невозможности примириться с землёй и тяге …

Кое-что про Петербург

Королева

К Северному морю

Кто же кровь живую льёт?

Повторяющиеся вопросы ищут того, кто проливает и пьёт живую кровь. Неназванный мучитель остаётся за пределами видимой сцены, усиливая ощущение ужаса.

Кто увидит искру? Виден только след

Неуловимую искру художник может передать только её быстрым следом. Горящие линии становятся тканью собственного видения зыбкого мира.

Купол церкви, крест и небо

Церковный купол и крест соединяются с небом и печальными полями. Земной пейзаж словно возносится к благодатной небесной тайне.

Ландыши, ландыши, бедные цветы!

Букет ландышей пробуждает радостный душевный огонь. Их белизна и аромат воспринимаются как безмолвное благословение и светлая мечта.

Ласкою утра светла

Светлая утренняя спутница не задержится и не уснёт в пустыне. Собранная ею роса становится ладаном для неизречённой святыни.

Лебёдушка

Лежали груды мха на берегу морском

Морской берег радует героев солью, светом и шумом волн. Рыжие груды мха кажутся обрезками волос и придают прогулке живую, чуть смешливую чувственность.

Лежу в траве на берегу

После дороги через поля герой отдыхает на ночном речном берегу. Плеск воды и зелёные блески туманного луга делают его покой созерцательным и …

Лень

Лениво шевелится пруд, сверкают бриллиантовые искры, жужжит слепень. Ростинкам над водой тоже лень.

Лес и в наши дни, как прежде

Лес хранит древние тайны даже в современности. Песня, леший и скрытое знание поддерживают ощущение непрерывного волшебного присутствия.

Лесное

Известное стихотворение, автор - Борис Пастернак.

Либава, Либава, товарная душа!

Городу богатых вилл предъявлен упрёк в духовной пустоте. Стремление к прибыли подавляет жизнь и поселяется в ней кислой скукой.

Лиловый очерк снежных гор

Снежные горы исчезают в закатном тумане, а душа тоскует об утрате. Пленительный простор превращается в стену внутренней палаты мечты.

Лисодева