Стихи Серебряного века

Вспомни слёзы Ниобеи

Горе Айседоры сопоставлено с долей Ниобеи. Засушливый ветер и сожжённая жатва становятся образом разрушенного жизненного счастья.

Вспорхнула птичка. На ветвистой кроне

Золотистый вечер с лодочником и невысокими горами напоминает живопись Джорджоне. С приходом сырой болотной ночи восхищение северного гостя неожиданно сменяется тяжёлым смущением.

Встреча с Пушкиным

В ту ночь нам птицы пели, как серебром звеня

В тяжёлой мантии торжественных обрядов

Вы бледны, моя сеньора

Вывескам

Вы, идущие мимо меня

Вы родились певцом и пажем

Высокие своды костёла

Героиня просит прощения у юноши, чью любовь она не приняла всерьёз. Его гибель превращает посещение костёла в мучительное признание вины.

В янтарном забытьи полуденных минут

Гашиш Нефтис

Где-то есть тропа мечтательная

Герой надеется на существование светлой тропы, где правда сильнее жизненной лжи. Но никто не показывает ему, как найти этот воображаемый путь.

Генералам двенадцатого года

Гимн богам

Гимн Нилу

Глаз глав окончен

Созвучные слова и смена регистра соединяют глаза, слух, Кавказ и рис. Логические связи уступают звуковым перекличкам.

Глядит высокая луна

Луна наблюдает за автомобильным движением с невозмутимой ясностью. Долгая память небесного светила противопоставлена недавнему торжеству человеческих усилий.

Гляжу в окно вагона-ресторана

Из вагона-ресторана путешественник смотрит на закат и виноградники Тосканы. Педантичные разговоры об искусстве перемежаются бытовой небрежностью, а внимание героя останавливается на юной …

Голос памяти

Собеседнице предлагают узнать на стене картины путешествий и утраченной близости. Она отвергает эти догадки, оставляя лишь холодные отблески угасающего неба.

Города. Триолеты

Двенадцать городских триолетов соединяют вокзальную тревогу, движение улиц и замкнутый быт домов. Сатирические портреты соседствуют с жаждой красоты и погребальным огнём, который …

Господь прославит небо, и небо — благость Божью, но чем же ты живёшь?

Божественная слава природы противопоставлена человеческой неспособности найти смысл и предел. Герою предлагают учиться у птиц своей свободе и направлению жизни.

Гризель

Грустно… Душевные муки

Гулял под зонтиком прекрасный кавалер

Демон предлагает гуляющему кавалеру красивое складное кресло. Принятая любезность заканчивается похищением в пылающие пещеры и гибелью.

Давно создать умел я перлы

Герой намерен вновь рассыпать драгоценности собственного творчества. Их цветной блеск должен сжечь тусклую обыденность.

Дай мне вечер, дай мне отдых

Дарованный тебе, Георгий

Герою по имени Георгий напоминают о таёжном цветке, который должен остаться верным спутником. Ночное происхождение этого дара противопоставлено холодному блеску иных увлечений.

Дачный домик заколочен

Заколоченный дачный домик недоступен среди снеговых тропинок. Прочный речной лёд вызывает сожаление о пропущенной возможности покататься.

Дачный кофе